fbpx

Запрет определенных действий: правила зачета в срок лишения свободы

Издание «Мировой судья» опубликовало статью адвоката Коллегии Кристины Малекиной «Новая мера пресечения в виде запрета, установленного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, — новый пробел в уголовно-процессуальном законе».

Статья посвящена правилам зачета срока применения к обвиняемому или подозреваемому по уголовному делу меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ), в срок назначенного судом наказания в виде лишения свободы. Данная мера пресечения введена в УПК РФ в 2018 г. почти одновременно с внесением изменений в ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, касающихся правил зачета применяемых к обвиняемому или подозреваемому таких мер пресечения, как заключение под стражу и домашний арест, в срок назначенного наказания. Однако в этих изменениях не упоминается запрет определенных действий, предусмотренный п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, срок применения которого также подлежит зачету в срок назначенного наказания (п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ), в связи с чем в судебной практике сложилось два подхода к определению способа такого зачета, которые существенно влияют на право осужденного на справедливое наказание.

Изменения в законодательстве

В апреле 2018 г. в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (далее — УПК РФ) появилась новая мера пресечения в виде запрета определенных действий. Теперь суд с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных при избрании данной меры пресечения сторонами сведений при невозможности применения иной, более мягкой меры может наложить на данное лицо обязанность соблюдать запреты, установленные в ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Позже, в июле 2018 г., в уголовном законодательстве РФ был изменен порядок зачета времени применения в отношения лица мер пресечения, связанных с ограничением конституционного права на свободу, а именно содержания лица под стражей и домашним арестом (до вступления приговора суда в законную силу), в срок отбывания наказания в виде лишения свободы (Федеральный закон от 3 июля 2018 г. N 186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 УК РФ», далее — Федеральный закон N 186-ФЗ, и Федеральный закон от 18 апреля 2018 г. N 72-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в части избрания и применения мер пресечения в виде запрета определенных действий, залога и домашнего ареста», далее — Федеральный закон N 72-ФЗ).

Однако законодатель, внося изменения сначала в УПК РФ, а затем и в Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ), допустил существенный пробел, приведший не только к нестабильной судебной практике, но и к нарушению права осужденного на справедливое наказание. Дело в том, что Федеральным законом N 72-ФЗ внесены изменения в ст. 308 УПК РФ, которая устанавливает правила составления резолютивной части обвинительного приговора, а также в ч. 10 ст. 109 УПК РФ, устанавливающую правила исчисления срока содержания лица под стражей.

С учетом внесенных изменений в резолютивной части приговора должно быть указано о зачете времени применения к подсудимому меры пресечения не только в виде содержания под стражей или в виде домашнего ареста, но и в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ (п. 9 ч. 1 ст. 308 УПК РФ), т.е. запрета обвиняемому или подозреваемому выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях.

Правила зачета в срок наказания в виде лишения свободы

Если же мы обратимся к ст. 72 УК РФ, которая определяет правила зачета срока примененной меры пресечения в срок наказания, то увидим, что в ней регламентированы только вопросы зачета времени содержания лица под стражей и нахождения под домашним арестом (до вступления приговора в законную силу) в срок назначенного судом наказания.

В Постановлении Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» в связи с вступлением в силу Федерального закона N 186-ФЗ никаких изменений до сих пор не внесено.

Кроме того, даже в ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений ст. 72 УК РФ, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ 31 июля 2019 г., которые, например, разъясняют правила зачета времени нахождения лица в медицинской организации, оказывающей медицинскую или психиатрическую помощь в стационарных условиях (вопрос 11), также ни слова не говорится о правилах зачета времени применения к лицу запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Единственное упоминание о соотношении времени запрета обвиняемому или подозреваемому выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с какой-либо иной мерой пресечения содержится в ст. 109 УПК РФ.
Согласно упомянутому ранее изменению, внесенному Федеральным законом N 72-ФЗ в ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается в том числе время, в течение которого к лицу применялся запрет, предусмотренный п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей (п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ).

Таким образом, исходя из положений упомянутой ранее ст. 109 УПК РФ, два дня запрета соответствуют одному дню содержания под стражей, что, по сути, аналогично соотношению меры пресечения в виде домашнего ареста и срока содержания под стражей. Так, согласно ч. 3.4 ст. 72 УК РФ, время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей. Два дня нахождения под домашним арестом также в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ равны одному дню лишения свободы.

2 подхода к порядку зачета

Положения вышеупомянутой части 3.4 ст. 72 УК РФ, касающейся соотношения срока таких мер пресечения, как домашний арест и содержание под стражей, необходимы для зачета времени нахождения лица под домашним арестом до вступления приговора суда в законную силу, если судом назначается наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части, ограничения свободы, принудительных работ, исправительных работ, ограничения по военной службе либо обязательных работ.

Так, в ответе на десятый вопрос Президиум ВС РФ поясняет, что в случае назначения наказания, не связанного с лишением свободы, следует произвести зачет срока нахождения лица под домашним арестом «по правилам ч. 3 ст. 72 УК РФ с учетом положений ч. 3.4 ст. 72 УК РФ. Например, до вступления в законную силу приговора суда, по которому было назначено наказание в виде исправительных работ на срок два года, лицо находилось под домашним арестом в течение 12 месяцев. Согласно части 3.4 ст. 72 УК РФ, 12 месяцев домашнего ареста соответствуют шести месяцам содержания под стражей. В силу части 3 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей засчитывается в срок исправительных работ из расчета один день за три дня. С учетом этого 12 месяцев домашнего ареста следует зачесть в срок наказания как 1 год 6 месяцев исправительных работ».

Таким образом, по аналогии можно вывести два подхода к порядку зачета времени применения к лицу меры пресечения в виде запрета обвиняемому или подозреваемому выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях (п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ), в срок назначенного наказания:

1. По правилам ч. ч. 3 — 3.3 ст. 72 УК РФ с учетом положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, т.е. «перевести» срок применения запрета в срок нахождения лица под стражей (из расчета два дня запрета — один день содержания под стражей), а затем применить правила порядка зачета срока содержания лица под стражей в срок назначенного наказания.

Такой подход был избран, например, Энгельсским районным судом Саратовской области. Согласно приговору от 6 сентября 2019 г. по делу N 1-525/2019 на основании ч. 10 ст. 109 УПК РФ зачесть в срок содержания Рудницкой М.Ю. под стражей время запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в период с 1 марта 2019 г. по 5 сентября 2019 г. включительно из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей, т.е. в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, за полтора дня отбывания лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Тейковский районный суд Ивановской области указал в приговоре N 1-141/2019 от 23 сентября 2019 г. по делу N 1-141/2019: «В соответствии с частью 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого, время домашнего ареста, а также время запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей. При зачете сроков задержания и запрета совершения определенных действий в срок отбывания наказания суд применяет положения ч. 3.2 ст. 72 УК РФ». Таким образом, суд зачел обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, в срок отбывания наказания время запрета определенных действий из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий за один день лишения свободы.

Соликамский городской суд Пермского края в приговоре N 1-360/2019 от 28 августа 2019 г. по делу N 1-360/2019 постановил: «Зачесть в срок наказания время действия данного запрета, т.е. с 18 июня 2019 г., а также время задержания Люкшина в порядке ст. 91 УПК РФ с 14 июня 2019 г. по 17 июня 2019 г. включительно в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы». Согласно вышеуказанному приговору, «поскольку до постановления приговора к Люкшину применялась мера пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, то следует зачесть в срок наказания время действия данного запрета, т.е. с 18 июня 2019 г., а также время задержания Люкшина в порядке ст. 91 УПК РФ с 14 июня 2019 г. по 17 июня 2019 г. включительно в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы».

2. Второй подход заключается в том, что время нахождения лица под домашним арестом засчитывается в срок содержания лица под стражей до судебного разбирательства из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день содержания под стражей, что аналогично порядку зачета времени применения в отношении лица запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, т.е. данные меры пресечения как бы законодательно уравниваются в соотношении с содержанием под стражей.

При таком подходе при зачете времени применения к лицу запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в срок наказания в виде лишения свободы по аналогии с порядком, установленным для зачета времени нахождения лица под домашним арестом, два дня применения запрета будут соответствовать одному дню лишения свободы вне зависимости от избранного судом вида исправительного учреждения, тяжести и категории совершенного преступления, т.е. без льготных коэффициентов.

Так, например, Калининский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики в приговоре N 1-242/2019 от 16 августа 2019 г. по делу N 1-242/2019 указал: «Суд также учитывает положения п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, предусматривающего зачет в срок содержания под стражей времени запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, из расчета два дня его применения за один день содержания под стражей. Поскольку положения ст. 72 УК РФ в настоящее время не определяют порядок зачета в срок отбывания наказания времени нахождения под запретом определенных действий с применением каких-либо повышающих коэффициентов, то суд с учетом положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ считает необходимым зачесть Борисову А.Ю. время запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий, предусмотренным п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, за один день лишения свободы в исправительной колонии общего режима».

Ивановский областной суд в Апелляционном определении от 25 ноября 2019 г. по делу N 22/2020 отмечает: «По смыслу взаимосвязанных положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109, п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ и ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, вне зависимости от вида исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать наказание, мера пресечения в виде запрета определенных действий засчитывается в срок лишения свободы из расчета: два дня запрета за один день лишения свободы. Таким образом, примененный судом расчет — два дня запрета за два дня отбывания наказания в колонии-поселении — не основан на нормах действующего законодательства».

Соломбальский районный суд г. Архангельска Архангельской области постановил в приговоре N 1-117/2019 от 2 июля 2019 г. по делу N 1-117/2019: «Применение запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, зачесть в срок лишения свободы из расчета два дня его применения за один день лишения свободы».

Проблема заключается в том, что выбор подхода к порядку зачета времени применения к лицу запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, непосредственно влияет на срок, который будет засчитан в срок лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии или исправительной колонии общего режима либо в колонии-поселении. Причем в зависимости от применения/неприменения льготных коэффициентов, установленных для некоторых категорий осужденных к лишению свободы, срок этот является существенным и непосредственно влияет на их конституционные права и свободы.
Так, в случае, если к обвиняемому применялся указанный запрет в течение 12 месяцев, а суд назначил наказание в виде лишения свободы, например, в исправительной колонии общего режима, то при зачете 12 месяцев применения запрета с учетом положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и ч. 3.1 ст. 72 УК РФ соответствуют девяти месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима (из расчета два дня применения запрета за один день содержания под стражей и один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима). При выборе второго подхода 12 месяцев применения запрета с учетом положений п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ и ч. 3.4 ст. 72 УК РФ соответствуют шести месяцам лишения свободы в воспитательной колонии либо исправительной колонии общего режима (из расчета два дня применения запрета за один день лишения свободы (без применения коэффициентов)).
Стоит заметить, что обозначенная проблема до сих законодательно не решена, а кроме того, судебной практикой не выработано единого подхода к восполнению «законодательного молчания», несмотря на то, что вышеуказанные изменения были внесены в 2018 г., т.е. два года назад.
Таким образом, отсутствие в законе определенности и четкой регламентации порядка зачета времени применения к лицу запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в срок назначенного наказания приводит не только к нарушению требования определенности правового регулирования, вытекающего из конституционных принципов правового государства, верховенства закона и юридического равенства, но и к нестабильности правового регулирования.
Нестабильность, сложившаяся в судебной практике при выборе подхода к зачету времени применения в отношении подозреваемого или обвиняемого запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, как раз и приводит к нарушению принципа справедливости назначения наказания, так как непосредственно влияет на срок нахождения лица в исправительном учреждении при отбывании наказания в виде лишения свободы.
Более того, следует учитывать, что запрет покидать жилое помещение в определенные часы ограничивает свободу передвижения и влечет за собой частичную изоляцию от общества. Если проанализировать положения ст. ст. 105.1, 107 и 98 УПК РФ, то можно сделать вывод о том, что мера пресечения в виде запрета определенных действий является своего рода облегченным вариантом домашнего ареста, а соответственно, более мягкой мерой, нежели домашний арест.
При этом правила зачета времени содержания лица под стражей и нахождения его под домашним арестом, регламентированные ст. 72 УК РФ, засчитываются в срок наказания исходя как из вида назначенного судом наказания, в том числе и тяжести условий в соответствующих исправительных учреждениях, так и из строгости применяемой в отношении подсудимого меры пресечения.
Так, согласно пояснительной записке к проекту федерального закона N 186-ФЗ, вносимые изменения будут способствовать обеспечению справедливого и соразмерного зачета времени, проведенного подозреваемым и обвиняемым в совершении преступления под стражей до вступления приговора в законную силу, в сроки лишения свободы, принудительных работ, содержания в дисциплинарной воинской части, поскольку условия содержания данных лиц под стражей зачастую являются более тяжелыми, чем в учреждениях и органах, исполняющих наказания по вступившим в законную силу приговорам суда.
Таким образом, логика судов, избирающих первый подход зачета запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в срок лишения свободы, понятна, так как данный подход вытекает из норм законодательства более явно. При этом с учетом тяжести ограничений, предусмотренных п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, видится целесообразным применять правила зачета времени применения данного запрета в срок лишения свободы аналогичным с такой мерой пресечения, как домашний арест, способом, так как именно такой путь будет соответствовать не только духу редакции ст. 72 УК РФ, но и принципу справедливости назначения наказания.
Стоит заметить, что в научном сообществе в основном обсуждаются вопросы правового характера самой меры пресечения в виде запрета определенных действий, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, а также ее соотношения с домашним арестом. При этом вопросы, связанные с зачетом данной меры пресечения в срок лишения свободы, научным сообществом не проработаны.
С учетом несовершенства действующих норм как уголовно-процессуального, так и уголовного права, безусловно, требуется как минимум соответствующее разъяснение Верховного Суда РФ, которое устранило бы неопределенность данной нормы и обеспечило бы ее однозначное истолкование и единообразное применение.

Понравилась статья? Сохрани в своей соцсети!

Нужна помощь?

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять